October 9th, 2013

Преступления силовиков на Кавказе. Враг за заваренными дверями.

Спецоперация — модный способ сведения счетов на Кавказе. Мы выяснили, как обеспечить выезд спецназа ФСБ на ликвидацию личного недруга — с полной гарантией анонимности «заказчика»

   Зимним вечером 29 февраля 2012 года из Ставропольского края в Нальчик, столицу Кабардино-Балкарии, въехала колонна бэтээров со спецназом. Они двинулись в один из центральных районов города, прямо к аккуратненькому 9-этажному жилому дому на улице Головко. Жители дома уже ложились спать, когда в их квартиры стала вламываться полиция и выталкивать на улицу. Оказалось, что в районе введен локальный режим контртеррористической операции, отряды полиции уже оцепили прилегающие дворы, оставляя внутри кольца место для «работы» спецназу. Бэтээры окружили дом, по периметру расставили мощные прожекторы, снайперы заняли позиции.
Collapse )

Судебно-психиатрическая вертикаль: почему приговор Косенко стал прецедентом.

Впервые с начала 1980-х годов появляется прецедент использования тюремной психиатрии для изоляции гражданского активиста на фоне сомнительных доказательств и диагноза

Первый из не признавших вину «узников Болотной» Михаил Косенко во вторник заслушал приговор. Работник Замоскворецкого суда Москвы Людмила Москаленко освободила его от уголовной ответственности, признав, что Михаил не отдавал отчета в своих действиях во время демонстрации протеста на Болотной площади Москвы 6 мая 2012 года. Вину уголовное право определяет как субъективное отношение человека к своим действиям, поэтому широко распространившаяся вчера фраза «суд признал Косенко виновным в массовых беспорядках» не соответствует действительности. Суд признал, что массовые беспорядки были и что Косенко в них участвовал, но при этом был невменяем.

У этого утверждения две причины — инвалидность II группы Косенко и заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы, которую проводили сотрудники Института им. Сербского по постановлению следователя. Михаил 12 лет состоял на учете в психоневрологическом диспансере с диагнозом «вялотекущая неврозоподобная шизофрения». В рамках предварительного следствия психиатры провели ему стационарное обследования и слегка «повысили» диагноз до «параноидальная шизофрения», указав, что заболевание протекает с «эпизодическими обострениями».

Очевидно, врачи Института им. Сербского под одним из эпизодов обострения имели в виду участие пациента в событиях на Болотной площади.

Практический вывод из такого изменения диагноза один — поскольку бывают обострения, то Косенко нуждается в стационарном, а не амбулаторном лечении, «опасен для себя и окружающих» (цитирую приговор), что дает суду основания для назначения ему принудительных мер медицинского характера.

Попытку специалистов-психиатров поставить внезапные выводы следственных экспертов под сомнения суд не засчитал. Заключению и показаниям президента Независимой психиатрической ассоциации Юрия Савенко суд правовую оценку на дал, «поскольку в соответствии с УПК РФ показания специалиста доказательством по делу не является». Утверждение само по себе странное, поскольку в главе 10 УПК «Доказательства в уголовном судопроизводстве» заключение и показания специалиста как раз специально выделены, в чем каждый может убедиться.


Читайте далее:


Ещё по теме:

Наталья Горбаневская. Дело Косенко и мой опыт -

http://grani.ru/blogs/free/entries/219913.html

Анна Политковская. «Здесь живут люди. Чечня: хроника насилия».

кнКНИГА, КОТОРУЮ ЧИТАЕТ САМ

Москва, «Звенья», 2003

   Большинству сограждан слова «Здесь живут люди» ничего не скажут. Хотя для каждого, кто бывал в Чечне, эта фраза — символ войны. Спасаясь от бомбежек и зачисток, люди писали на домах и воротах эти три охранных слова, надеясь, что кого-то они остановят. И сегодня в Чечне можно видеть как прострелянные «Здесь живут люди», так и уцелевшие…
Жанр 539-страничной книжки — хроники второй чеченской войны. Форма изложения — лишенный эмоций перечень, где, как и кого похитили «неизвестные в военной форме, масках и на БТРах», убили, расстреляли, ограбили. Типичный пример текста со 137-й страницы: «Август 2000 г. Магомеда Эльбиева, 1969 г.р., забрали из дома (с. Гехи). У него была серьезная травма ноги, часть кости заменял металлический стержень. Его очень сильно били. Особенно сильно по больной ноге. Когда Эльбиев лежал на земле лицом вниз, к нему подошел офицер и сказал, что, если на одной ноге сумеет пересечь поле, его отпустят. Магомед согласился. Когда он пробежал 10—15 метров, раздалась автоматная очередь...».
Хроники собирали всю войну — ежедневно, с первых ее дней, и делали это героические «мемориальцы», входя в села сразу после зачисток, рискуя жизнью, надрывая собственные сердца.
У книги — эпиграф президента Путина (известная фраза, выданная им в Брюсселе: «Вы говорите о нарушениях прав человека. Конкретно — имена, явки, фамилии!..»), предисловие Сергея Ковалева под заголовком «Материал сочится кровью» и послесловие Виктора Шендеровича («Данные, собранные в этой книге, — горящая путевка в Гаагу, в Международный трибунал»).
А.П.
15.12.2003

Сайт, посвящеенный А. Политковской -
http://politkovskaya.novayagazeta.ru/pub/2003/2003-112.shtml