August 18th, 2019

Почему дети кремлёвских негодяев учатся и живут не в России?

Почему дети Путина, Медведева и Лаврова живут в Европе и США?
- https://www.timpul.md/ru/articol/Pochemu-deti-putina-medvedeva-lavrova-jivut-v-evrope-i-sua-58806.html
Илья Медведев, сын российского премьера, ведет свой бизнес не в РФ, а на «вражеской» территории - http://www.1rre.ru/295403-ilya-medvedev-syn-rossijskogo-premera-vedet-svoj-biznes-ne-v-rf-a-v-ssha.html

О нечистоплотных адвокатах ...

Скрытые Враги России.


https://www.youtube.com/watch?v=ErwPYcc9uwM


Рафаэль Усманов:
В марте 2013 г. в иске № 1765 я доказал, что ВСЕ адвокаты - Дураки: https://drive.google.com/file/d/1jQ96Z32neQHD3i7bFI16G1TrukNzDSZ1/view

Ichkeria

«ГРАЖДАНСКОЕ СОДЕЙСТВИЕ». Заключение по делу Али Ибрагимова и Анзора Чентиева

Региональная общественная благотворительная организация помощи беженцам и вынужденным переселенцам
Телефон: (499)973-54-74 Факс: (495)251-53-19
Адрес приёмной: 127006, Москва, Долгоруковская ул., д.33, стр. 6
(проезд до ст. метро «Новослободская») Приёмные дни: понедельник, среда с 10 до 20 часов; пятница с 10 до 15 E-mail: sgannush@mtu-net.ruЭтот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script ; ccaserver@mtu-net.ruЭтот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script
Министру юстиции Словацкой Республики Г-же Лючие Житнианской

Заключение по делу Али Нурдиновича Ибрагимова и Анзора Чадидовича Чентиева

Комитет «Гражданское содействие» и Правозащитный центр «Мемориал» постоянно работают на Северном Кавказе, в частности в Чеченской Республике. Текущая ситуация с соблюдением права и правами человека в этом регионе регулярно описывается нами в докладах и хрониках (см. refugee.ru, www.memo.ru). Короткая справка о положении выходцев из Чеченской Республики в России прилагается.

По нашим заявители сведениям Али Ибрагимов и Анзор Чентиев – граждане России, проживающие в Чеченской Республике, обратились с жалобами в Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ). Заявители обратились в ЕСПЧ после того, как власти Словакии окончательно отказали в удовлетворении их обращения об отказе в экстрадиции в Россию, которой требовали власти РФ.

ЕСПЧ признал жалобы Али Ибрагимова и Анзора Чентиева неподлежащими удовлетворению, основываясь на гарантиях Российской Федерации не применять к заявителям пытки, а также на анализе российской судебной практики, свидетельствующей о том, что наложенный на применение смертной казни мораторий соблюдается.

Что касается последнего утверждения, то в России действительно со времени вступления в Совет Европы в 1997г. не применяется смертная казнь. Мораторий был наложен в связи с тем, что не во всех регионах РФ был введен суд присяжных. В 2010г., когда суд присяжных был введен повсеместно, Конституционный Суд РФ продлил действие моратория.

Однако дискуссия о восстановлении смертной казни идет до сих пор, отмены смертной казни не ожидается, и эта мера наказания может быть восстановлена.

Что касается гарантий неприменения пыток, то, по нашему твердому убеждению, полагаться на гарантии Генерального прокурора России было бы опрометчиво. Применение пыток в оперативной и следственной деятельности, а также унижающее человеческое достоинство обращение и жестокость, доходящая до уровня истязаний, в местах заключения практикуется повсеместно. Едва ли можно предположить, что органы прокурорского надзора контролируют ситуацию в этой области на среднем и низовом уровне сотрудников органов МВД, ФСБ и СК. В противном случае Генеральная прокуратура оказалась бы соучастником этих преступлений и органом их покрывающим.

Поскольку для такого предположения нет оснований, приходится признать, что Генеральная прокуратура не обладает реальными механизмами обеспечения гарантий неприменения пыток и жестокого обращения.

Нам постоянно приходится сталкиваться с вопиющими случаями пыток практически во всех субъектах РФ.

Однако особенной опасности в местах предварительного содержания и пенитенциарной системы подвергаются те группы населения, по отношению к которым развиты настроения вражды и ксенофобии. В первую очередь это относится к этническим чеченцам.

Одна из причин ожесточения заключается в том, что правоохранительные органы, в том числе и в пенитенциарные учреждения, пришла большая масса людей, прошедших войну в Чеченской Республике. Большинство из них приносят с собой навыки, приобретенные во время военных действий, травмированное сознание и заряд ненависти, особенно опасный для тех, кого они еще недавно воспринимали как врагов. Таким образом, по отношению к чеченцам невозможно ожидать объективного расследования дела. Более того, есть большая опасность фабрикации обвинения: попавший по подозрение чеченец никогда не будет отпущен. Даже в случаях, когда его невиновность становится очевидной, следствие находит основания для обвинения, порой по совершенно иному делу.

Нам часто приходится сталкиваться со случаями, когда жителей Чечни привлекают к ответственности по преступлениям, за которые они уже были судимы или прошли амнистию. Есть также чудовищные примеры привлечения к уголовной ответственности за поступки, совершенные много лет назад. Например, 19-тилетний чеченский юноша был привлечен к уголовной ответственности за то, что в 2004г. дважды «содействовал незаконным вооруженным формированиям». Один раз его заставили купить им сникерс, рулет, что-то еще на сумму около 300 рублей ($10). Второй раз его послали к ручью за водой. Мог ли он отказаться от требования пришедших в его дом вооруженных людей, никого не интересовало.

Во время отбывания наказания чеченцы постоянно находятся под угрозой преследований как со стороны сотрудников пенитенциарной системы, так и со стороны других заключенных, которым также свойственны общие настроения ксенофобии.

Избиения, наказания без всяких оснований, помещение в бараки для больных туберкулезом в колониях – это жалобы, которые мы получаем из мест заключения почти ежедневно.

Одной из форм притеснения является запрет на исправление религиозных обязанностей мусульман. В июле 2010 года нам позвонил осуждённый из колонии строгого режима, отбывающий наказание в Архангельской области. Недавно в области был назначен новый начальник УФСИН РФ. По словам осуждённых, Киланов приказал всем есть свинину, запретил молиться, приказал подчиненным отобрать у всех Коран и конфисковать коврики для моления.

Когда срок наказания подходит к концу, сотрудники колоний и тюрем стремятся сделать все, чтобы чеченец не вышел на свободу, изобретая для него самые невероятные обвинения или провоцируя его унижающим обращением на какие-либо нарушения. Так в Тамбовской области Шамиль Хатаев, о котором мы неоднократно писали в наших докладах, был осужден уже трижды. В последний раз летом 2010г. за избиение сотрудников охраны. По свидетельству адвоката, Шамиль уже полностью истощен, тяжело болен, так что фабрикация обвинения очевидна. Кроме того, другие заключенные готовы были свидетельствовать, что жестоко и неоднократно избит сотрудниками был сам Шамиль. Генеральная прокуратура не отреагировала на наши жалобы, касающиеся, в частности, длительного недопуска адвоката. Суд также не рассмотрел дела объективно, отказав в допросе заключенных и тех, кто уже вышел на свободу, но мог свидетельствовать в пользу Хатаева. Единственными свидетелями в суде были сотрудники колонии. Жалоба направлена в ЕСПЧ, но приходится сомневаться, доживет ли заявитель до ее рассмотрения.

Чеченцы, возвращающиеся из-за границы, становятся жертвами преследований уже только потому, что приближенные к Рамзану Кадырову люди полагают, что у них есть деньги, которые можно отобрать. Но есть и другая причина: чеченские власти требуют возвращения в Чечню всех уехавших и добиваются этого, преследуя родственников невозвращенцев. Так недавно житель г. Грозного добровольно вернулся из Франции и через несколько дней был задержан и увезен из дома. В течение суток его подвергали избиениям и пыткам током, в т.ч. на территории подчиненного Кадырову батальона Юг. Его спрашивали о чеченских беженцах в Европе, о том, кто и чем там занимается, чьи родственники получают посылки и что везут, когда возвращаются домой. Допросы велись в разных силовых структурах. Отпустили только за выкуп, принесенный родственниками.

В самой Чеченской Республике есть незаконные места содержания, о которых много свидетельств, в частности, о них рассказывал журналистам Умар Исмаилов, по делу об убийстве которого проходит сейчас процесс в Вене. Четыре месяца провел в такой тюрьме Салих Масаев, подавший после освобождения заявление в прокуратуру о незаконном задержании, похищенный вторично в августе 2008г. и после этого исчезнувший бесследно. Однако чеченские власти отрицают существование таких тайных тюрем, а федеральные структуры смотрят на это сквозь пальцы.

Единственным реальным способом обеспечения гарантий, данных Россией по рассматриваемому делу, мог бы служить контроль со стороны международных структур и общественных организаций России. Однако ни в Чеченской Республике, ни в тюрьмах и других учреждениях пенитенциарной системы нет возможности для контроля.

Чеченская Республика превратилась в закрытое тоталитарное образование, где не действуют российские законы, правит произвол и сила. Видимость стабильности федеральные власти оплачивают почти полным невмешательством в действия главы Чеченской Республики и его окружения. В Чечне царит страх, не оставляющей никакой надежды на возможность контроля со стороны внешнего мира. Яркое описание ситуации положения в Чечне содержится в показаниях свидетелей в двух судебных процессах: по иску о защите чести и достоинства Рамзана Кадырова к председателю Правозащитного центра «Мемориал» Олега Орлова и по уголовному делу о клевете Орлова отношении Кадырова. Картина закрытого общества и всепоглощающего страха раскрывается как в показаниях свидетелей со стороны Орлова, так и в показаниях свидетелей со стороны Кадырова. Например, свидетельница Тамара Кагирова, возглавляющая организацию, которая занимается сбором информации о без вести пропавших, утверждает, что ничего не слышала о похищениях людей и бессудных казнях в Чечне в последние два года.

Притом именно сразу после нескольких подряд сообщений о таких фактах была убита наша коллега Наталья Эстемирова 15 июля 2009г.

Таким образом, контроль за реализацией гарантий, данных прокуратурой, ни в Чечне, ни в других регионах, будет невозможен.

Подводя итог, можно сделать вывод о том, что только неосведомленность европейских судебных органов дала возможность утверждать, что Али Нурдиновичу Ибрагимову и Анзору Чадидовичу Чентиеву не будут угрожать пытки и унижающее человеческое достоинство обращение, если они будут выданы властям Российской Федерации. Полагаю, что выдача в Россию этнического чеченца стала бы нарушением ст. ст. 2 и 3 Европейской Конвенции и защите прав человека и основных свобод.

Светлана Ганнушкина
Председатель Комитета «Гражданское содействие», член Правления Общества «Мемориал»,
член Совета при Президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и
правам человека, член Правительственной комиссии по миграционной политике

И снова иски Мракобесам!

В Израиле вырастили человеку новую ногу из его собственного жира

Израильская биотехнологическая компания Bonus Biogroup научилась выращивать костные клетки из собственного жира больного. Новая кость хорошо приживается на новом месте и не отторгается.

Израильское открытие поможет миллионам людей с дефектами костей. Стартап Bonus Biogroup из Хайфы разработал способ выращивания в лаборатории костных клеток для пересадки больным с серьезными дефектами костей. Кость изготовляют из собственного жира больного, выращивают в течение 2 недель и вводят в область дефекта. За считанные месяцы больные выздоравливают, и у них полностью восстанавливается функциональность.

Так случилось с израильтянином Дани Якобсоном (на фото вверху).

У Дани, жителя кибуца Мишмар ха-Эмек, была раздроблена левая нога. После лечения он смог не только ходить без костылей, но и заниматься спортом.